Отзывы после лучевой терапии

Уменьшение побочных эффектов

Лучевая терапия в онкологии, последствия которой человек долго ощущает на себе, все же способна спасти жизнь.

Реакция каждого человека на лучевую терапию носит индивидуальный характер. Поэтому все побочные эффекты, которые могут возникнуть, очень трудно предсказать. Перечислим наиболее часто встречающиеся симптомы:

  • Ухудшение аппетита. Большая часть пациентов жалуется на плохой аппетит. При этом необходимо принимать пищу в небольших количествах, но часто. Вопрос питания в случае отсутствия аппетита можно обсудить с лечащим врачом. Организму, проходящему лучевую терапию, необходима энергия и полезные вещества.
  • Тошнота. Одна из основных причин снижения аппетита — тошнота. Чаще всего данный симптом можно встретить у больных, которые проходят лучевую терапию в зоне брюшной полости. При этом может появиться и рвота. О ситуации должен быть немедленно проинформирован врач. Возможно, больному потребуется назначение противорвотных средств.
  • Диарея. Диарея часто возникает в результате лечения методом лучевой терапии. В случае возникновения диареи необходимо употреблять как можно больше жидкости для предотвращения обезвоживания организма. Об этом симптоме также следует сообщить лечащему врачу.
  • Слабость. В процессе курса лучевой терапии пациенты значительно уменьшают свою активность, испытывая апатию и находясь в плохом самочувствии. С этой ситуацией сталкиваются практически все больные, которые прошли курс лучевой терапии. Особенно тяжело даются больным визиты в больницу, которые периодически нужно совершать. На этот период времени не следует планировать дела, отнимающие физические и моральные силы, следует оставлять максимальное время на отдых.
  • Проблемы с кожей. Через 1-2 недели после начала лучевой терапии кожа, оказавшаяся в зоне воздействия излучения, начинает краснеть и шелушиться. Иногда больные жалуются на зуд и болевые ощущения. В этом случае следует использовать мази (по рекомендации врача-радиолога), аэрозоль «Пантенол», крема и лосьоны для ухода за детской кожей, отказаться от косметических средств. Растирать раздраженную кожу категорически запрещено. Участок тела, где произошло раздражение кожи, необходимо мыть лишь прохладной водой, временно отказавшись от приема ванн. Необходимо избавить кожу от влияния прямого солнечного света и носить одежду с использованием натуральных тканей. Эти действия помогут снять раздражение кожи и уменьшить боль.

После прохождения курса лучевой терапии врач даст рекомендации, как себя вести дома, принимая в расчет особенности вашего случая, чтобы минимизировать побочные эффекты.

Любой, кто знает, что такое лучевая терапия в онкологии, последствия этого лечения тоже хорошо себе представляет. Те больные, которых лечат методом лучевой терапии от опухолевого заболевания, должны придерживаться рекомендаций врача, содействуя успешному лечению и стараясь улучшить свое самочувствие.

Основные рекомендации:

  • Больше времени уделять отдыху и сну. Лечение требует большого количества дополнительной энергии, и вы можете быстро утомляться. Состояние общей слабости иногда длится еще 4—6 недель после того, как лечение уже окончено.
  • Хорошо питаться, стараясь предотвратить потерю веса.
  • Не надевать тесную одежду с тугими воротниками или поясами в областях, подвергшихся облучению. Лучше предпочесть старые костюмы, в которых вы ощущаете комфорт.
  • Обязательно информируйте лечащего врача обо всех принимаемых вами лекарствах, чтобы он мог учесть это при лечении.

Проведение лучевой терапии

Главным направлением лучевой терапии является оказание максимального воздействия на опухолевое образование, минимально воздействуя на другие ткани. Чтобы этого добиться, врачу нужно точно определить, где находится опухолевый процесс, чтобы направление и глубина луча позволили достичь поставленных целей.

Эта область носит название поля облучения. Когда производится дистанционное облучение, на кожу наносится метка, которая обозначает область лучевого воздействия. Все соседние области и прочие части тела защищаются экранами из свинца. Сеанс, во время которого производится облучение, продолжается несколько минут, а число таких сеансов определяется дозой облучения, которая, в свою очередь, зависит от характера опухоли и вида опухолевых клеток.

В соответствии с видом новообразования лучевая терапия либо используется как самостоятельный способ лечения, либо является частью комплексной терапии вместе с хирургическим вмешательством или химиотерапией. Лучевая терапия применяется местно с целью облучения отдельных участков тела. Зачастую она содействует заметному сокращению размеров опухоли или приводит к полному излечению.

Продолжительность

Время, на которое рассчитан курс лучевой терапии, определяется спецификой болезни, дозами и применяемым методом облучения. Гамма-терапия зачастую длится 6-8 недель. За это время больной успевает принять 30—40 процедур. Чаще всего лучевая терапия не требует помещения больного в стационар и хорошо переносится. Некоторые показания требуют проведения лучевой терапии в условиях стационара.

Длительность курса лечения и дозы облучения находятся в прямой зависимости от вида болезни и степени запущенности процесса. Срок лечения при внутриполостном облучении длится значительно меньше. Он может состоять из меньшего количества процедур и редко длится больше четырех дней.

Показания к применению

Лучевая терапия в онкологии применяется при лечении опухолей любой этиологии.

Среди них:

  • рак мозга;
  • рак груди;
  • рак шейки матки;
  • рак гортани;
  • рак легкого;
  • рак поджелудочной железы;
  • рак простаты;
  • рак позвоночника;
  • рак кожи;
  • саркома мягких тканей;
  • рак желудка.

Облучение используется в лечении лимфомы и лейкемии.

Иногда лучевая терапия может проводиться в профилактических целях без свидетельств наличия рака. Такая процедура служит для того, чтобы предотвратить развитие рака.

Доза облучения

Дозой облучения называют объем ионизирующего излучения, поглощенный тканями организма. Раньше единицей измерения дозы облучения служил рад. Сейчас для этой цели служит Грей. 1 Грей равняется 100 радам.

Различным тканям свойственно выдерживать разные дозы радиации. Так, печень способна выдержать почти в два раза больше радиации, чем почки. Если общую дозу разбить на части и облучать пораженный орган день за днем, это усилит ущерб раковым клеткам и уменьшит здоровой ткани.

Лечение лучевой терапией глазами пациента

Современный врач-онколог знает все о лучевой терапии в онкологии.

В арсенале врача имеется много типов излучения и методов облучения. Поэтому правильно спланированное лечение является залогом выздоровления.

При наружной лучевой терапии, онколог для нахождения области облучения применяет симуляцию. При симуляции пациент располагается на столе, а врач определяет один или несколько портов облучения. В ходе симуляции возможно также выполнение компьютерной томографии или иного метода диагностики, чтобы определиться с направлением излучения.

Зоны облучения помечаются специальными маркерами, указывающими направление излучения.

В соответствии с тем, какой тип лучевой терапии избран, больному предлагаются специальные корсеты, которые помогают зафиксировать различные части тела, устраняя их движение при прохождении процедуры. Иногда применяют особые защитные экраны, помогающие защитить соседние ткани.

В соответствии с результатом симуляции специалисты, занимающиеся лучевой терапией, примут решение о необходимой дозе облучения, способе доставки и количестве сеансов.

Добрый день, дорогие друзья!

Этот пост я пишу для тех, кому предстоит лечение радиотерапией или, как ее еще называют, лучевой терапией.

Если побочные эффекты от химиотерапии проявляются практически сразу, а он них я писала в своем предыдущем посте . то осложнения от лучевой терапии могут проявляться гораздо позже и не прекращаться долгое время. Конечно же, они носят временный характер, но лично мое мнение . лучше пострадать много и быстро, чем по чуть-чуть, но долго :).

Диета

Рекомендации по питанию помогут избежать побочных эффектов от курса лечения или уменьшить их выраженность. Особенно важно это для лучевой терапии в области таза и живота. Лучевая терапия и диета при онкологии обладают рядом особенностей.

Надо пить большое количество жидкости, до 12 стаканов в день. Если в жидкости высокое содержание сахара, ее нужно разбавить водой.

Прием пищи дробный, 5-6 раз в день малыми дозами. Пища должна легко усваиваться: следует исключить пищу, содержащую грубые волокна, лактозу и жиры. Такую диету желательно соблюдать еще 2 недели после проведения терапии. Затем можно постепенно вводить продукты с волокнами: рис, бананы, яблочный сок, пюре.

Реабилитация

Применение лучевой терапии сказывается как на опухолевых, так и на здоровых клетках. Особенно вредна она для клеток, которые быстро делятся (слизистые оболочки, кожа, костный мозг). Облучение порождает в организме свободные радикалы, способные нанести вред организму.

Сейчас ведутся работы, чтобы найти способ сделать лучевую терапию более прицельной, чтобы она действовала лишь на клетки опухоли. Появилась установка гамма-нож, служащая для лечения опухолей шеи и головы. В ней обеспечивается весьма точное воздействие на опухоли малых размеров.

Несмотря на это, почти все, кто получал лучевую терапию, в разной степени страдают лучевой болезнью. Боли, отеки, тошнота, рвота, выпадение волос, анемия — такие симптомы в итоге вызывает лучевая терапия в онкологии. Лечение и реабилитация больных после сеансов облучения являются большой проблемой.

Для реабилитации больному нужен отдых, сон, свежий воздух, полноценное питание, использование стимуляторов иммунной системы, средств детоксикации.

Кроме нарушения здоровья, которое порождено тяжелым недугом и жестким его лечением, пациенты испытывают депрессию. В состав мероприятий по реабилитации часто требуется включать занятия с психологом. Все эти мероприятия помогут преодолеть сложности, которые вызвала лучевая терапия в онкологии. Отзывы больных, прошедших курс процедур, говорят о несомненной пользе методики, несмотря на побочные явления.

1 марта 2017. 12:44

Добрый день! У меня после лучевой (закончила в июне прошлого года) были сильные загрудинные боли (прошли только в ноябре) и отек (который до сих пор ещё до конца не прошел).

Отзыв: Лучевая терапия — иногда является необходимой

Достоинства: убивает онкоклетки

Недостатки: плохо влияет на организм

Добрый день! Хочу поделиться своими впечатлениями и знаниями по поводу этой процедуры. Лучевая терапия применяется для уничтожения раковых клеток. Иногда до операции, иногда после. А также после химиотерапии. Я принимала лучевую терапию после химии. Специалистом мне было назначено 36 лучей на разные зоны.

Врач сам наносит метки на тело. Затем в специальной комнате на эти зоны направляют лучи. Время примерно 2-5 мин на определенную область. Процедура эта безболезненна, но имеет свои минусы. Меня облучали в области кишечника, поэтому была рвота. Падают сильно лейкоциты и можно подхватить какой-либо вирус.

Общее впечатление. иногда является необходимой

Лучевая терапия не убивает,к сожалению, зараженные клетки. только задерживает их жизнеспособность и развитие, т.е. дает возможность провести операцию более успешно по удалению болячки.Но большую роль играет,как точно направляют «ЛУЧ» при облучении. как правило забежали — быстро включили — побежали за перегородку, для них неважно, что луч должны направлять точно на пораженное место, они не хотят получить лишнее облучение, а больным в этом отделении, как приговоренным — все равно погибать.

Химия и лучевая терапия. Кто через это прошел?

Подскажите пожалуйста кто проходил химию и лучевую терапию. Сколько вы лежали в больнице при этом? Как все происходит? Последствия, особенно лучевой? Мне ставят множественное поражение костей. тазовых, ребер, ключицы. Даже не знаю есть ли смысл бороться, боюсь последствий облучения. Что делается бесплатно, а что нет? Как назло и финансово сейчас туго, муж работу может потерять по слуху. У меня ребенок 7 лет, можно ли ему потом со мной находиться?

Поделитесь своим опытом или своих близких. У меня например тетя в другом городе после химии и лучевого умерла от осложнений. Все убили в ней.

Подскажите пожалуйста кто проходил химию и лучевую терапию. Сколько вы лежали в больнице при этом? Как все происходит? Последствия, особенно лучевой? Мне ставят множественное поражение костей. тазовых, ребер, ключицы. Даже не знаю есть ли смысл бороться, боюсь последствий облучения. Что делается бесплатно, а что нет?

У меня мама проходила химию, рак 3й стадии с небольшими метастазами в лимфе и костях. Переносила сносно, но толку никакого, вены в локтевых сгибах стали непроходимы от капельниц, волосы естественно выпали, но это не страшно, так как потом снова выросли. Потом назначили лечение гормонами, так как опухоль оказалась гормонозависимой.

Поэтому зря только вливали в нее эту гадость. В больнице она не лежала, а приходила сама на капельницы. Все лечение бесплатно, так как на инвалидности из-за своего диагноза. Из побочки слабость, иногда тошнота. В любом случае надо пробовать все методы. Обязательно хорошо и правильно питаться (много овощей, фруктов, продуктов пчеловодства, растительные масла, особенно кедровое), свежий воздух, плюс всячески укреплять иммунитет, много отдыхать, тогда и переносить это будет намного легче.

Делали бабушке в 2002 аж году, все было бесплатно, не знаю как сейчас. Но у нее лучевая лимфоузлов и места, где опухоль была (если я правильно поняла), а не метастазов. Делали когда ей было 77 лет, после удаления пораженной молочной железы. Прожила она до 89 лет. Операцию перенесла тяжеловато, а химия и лучевая были растянуты по времени долго, т.к.

сбоило сердце, все таки возраст. Аппетит страдал конечно, волосы поредели, но не вылезли. Питанию много внимания уделяла и сама бабушка и мама, т.к. витаминов нельзя химических, только правильное питание, которое поможет и поддержать силы и вообще остаться на ногах. Никуда не ходила толком в людные места долго, чуть что цепляла все вирусы, хотя раньше крепенькая была, если куда выходила, то маску одевала, а так вышла на улицу подышала полчасика или на дачу увозили, просто сидела на улице.

Лучевая терапия бесплатна, дозировка и длительность зависят от диагноза. Мой отец перенес очень хорошо. Сам ездил, и после окончания самочувствие было сносным, только слабрсть небрльшая. Химиотерапия заключалась в том, что ставили укол с перерывом в пару дней. Несколько раз. Инвалидности нет, поэтому лекарство покупал на свои средства.

Были недорогие. Это все было летом этим. Курсы химии повторяются по мере необхрдимости. Врач наблюдает за состоянием, насколько цспешно лечение. На уколы ездит сам. Иногда бывает слабрсть, иммунитет стал слабее. Волосы не выпадали вообще, но лучевой был один курс. Стадия 1, без метастаз. До болезни здрровье было очень крепкое

Моя бабушка в этом году прошла 2 лучевые терапии. Бабушке 86 лет! Химию ей по возрасту нельзя. Первая лучевая -16 процедур (по времени больше 3-ех недель) прошла с диагнозом рак нижней губы 2ст. Это было в январе 15. Затем через полгода, с диагнозом рак кожи (на лице) — снова лучевая в июле 15. Но ей специально разбили на полгода, что бы организму легче было.

Все таки возраст и перенесенный инфаркт в прошлом. В ноябре приезжали на контроль и тьфу-тьфу, рецидива нет. Бабуля моя огурчиком, чувствует себя хорошо. Лучевую, кстати, перенесла нормально. Немного уставала и была слабость после процедур, но в ее возрасте это нормально. Очень хорошая медсестра Нина в кабинете лучевой терапии, душевная женщина. Автор, не бойтесь ничего и боритесь

Моя бабушка в этом году прошла 2 лучевые терапии. Бабушке 86 лет! Химию ей по возрасту нельзя. Первая лучевая -16 процедур (по времени больше 3-ех недель) прошла с диагнозом рак нижней губы 2ст. Это было в январе 15. Затем через полгода, с диагнозом рак кожи (на лице) — снова лучевая в июле 15. Но ей специально разбили на полгода, что бы организму легче было.

Все таки возраст и перенесенный инфаркт в прошлом. В ноябре приезжали на контроль и тьфу-тьфу, рецидива нет. Бабуля моя огурчиком, чувствует себя хорошо. Лучевую, кстати, перенесла нормально. Немного уставала и была слабость после процедур, но в ее возрасте это нормально. Очень хорошая медсестра Нина в кабинете лучевой терапии, душевная женщина. Автор, не бойтесь ничего и боритесь @

Отзывы о центре лучевой терапии «ОнкоСтоп» в Москве

24.12.16 01:36:53 -1.0 Плохо

Добрый день, хотел бы оставить отзыв о лечении своего отца. В апреле 2014 года был поставлен диагноз — рак шейного отдела (под языком) 3-й степени, он 1955 года рождения. В городской больнице Владивостока предложили «стандартную» химиотерапию, про которою сами врачи отзывались не очень положительно, так как результатов от нее ожидать не стоило на этой стадии, а операционное вмешательство было невозможно, т. к. опухоль находилась посреди гортани потребовалось бы удаление языка и, как сказали врачи, «пришлось бы вырезать все возможное». Я начал искать другие варианты лечения, один вариантов — это было лечение в Корее, где могли провести операцию (у них есть на то оборудование, а не только скальпель), но начальная цена составляла 63000$, и сказали, как правило, может быть больше. И это не считая стоимости проживания в Корее, а после такой операции там пришлось оставаться бы не менее чем на месяц, к сожалению, таких денег «на руках» в семье не было. Тут я увидел рекламу клиники Онкостоп. Связался с клиникой, где рассказали про оборудование с потрясающими результатами — это вселило надежду. Я всерьез начал думать о лечении там и отправил все данные КТ и МРТ, общение происходило с Денисом Викторовичем Ларионовым. Однозначного ответа сразу не поступило, исследования переделывались, потому как не сразу все могли разглядеть, но в сентябре 2014 года, Денис Викторович сказал, что возьмутся за лечение, сказал, что в их силах вылечить подобную опухоль. Отец вылетел в Москву, там прошел дополнительное обследование в центре Блохина. И вот, настал момент облучений в Онкостопе, заплатили в районе 330000 (могу проверить конечно чеки… До сих пор лежат). Проходил облучение до конца октября, говорил про «хорошее отношение со стороны персонала и выглядит все тут очень достойно». Наступил конец октября (26 октября), заканчивался курс облучений, отец прошел обследование, после чего ему сказали, что курс окончен и летите домой. Отец прилетел домой в начале ноября, я посмотрел, что написано в обследовании, а было указано, что опухоль уменьшилась, но она не была излечена… Я позвонил Денису Викторовичу, на что мне было сказано, что это некроз (мертвая опухоль) и она полностью не исчезнет, в дальнейшем надо просто наблюдаться у врачей, чтобы не случилось рецидива, это как-то все вроде красиво объясняло ситуацию. В январе у отца начались сильные боли, отправился проходить КТ и МРТ, в заключении врач сравнил размеры после лечения в клинике и установил, что опухоль опять увеличилась! Я связался с клиникой, где, как всегда, очень обходительным голосом мне ответили, что они (Онкостоп) свой курс провели и что на месте опухоли некроз, а врачи (местные) ставят неправильный диагноз, и то что опухоль, якобы, начала разрушаться и поэтому идут болевые ощущения. Отправились на обследование к онкологу в области ЛОР, он подтвердил, что опухоль растет. Я позвонил в Онкостоп и рассказал про результаты обследования онколога, тут от меня начали требовать массу документов и заключений, я их выслал. С диагнозом теперь не то, чтобы не согласились, но стали появляться разные размытые формулировки и речь о том, что так бывает. Я попросил, чтобы Онкостоп продолжил лечение, но мне отказали, якобы, отец уже получил максимальную дозу и больше они ничего не могут сделать. Тут же рухнули все обещания о выздоровлении… И то, что резкое ухудшение произошло всего лишь через два месяца, они снимали с себя всю ответственность. Далее продолжили лечение во Владивостоке, как раз прилетел профессор с МСК в больницу и отец попал к нему на обследование, он назначил очень дорогой и сильно действующий препарат — Эрбитукс. Отцу дали на него квоту для прохождения курсов химиотерапии, т. к. цена была в районе 100000 для недельного приема, а в один курс таких было необходимо пять. Отцу стало легче и опухоль начала уменьшаться, после чего было принято решение комиссией по дальнейшему применению препарата и вроде бы все было хорошо, но там где было облучение, начали разрушаться кости и ткани, и начал образовываться свищ, сначала небольшой, но он очень мешал ему есть и пить. Так длилось еще год и 10 месяцев, дозу Эрбитукса уменьшили, боль у отца увеличивалась несмотря на то, что опухоль практически исчезла, свищ стал очень большим, отец практически перестал есть и стал очень слаб, болеутоляющие наклейки на плечо перестали помогать. Два дня подряд он мог ни пить ни есть, после чего он умер, сегодня ровно 40 дней как его нет. Хочу сказать, что в случае с моим отцом очень эффективным оказалось лечение дорогой химиотерапией и, возможно, если бы сразу ее стали применять, то он прожил бы значительно дольше. Онкостоп только на начальных этапах давал уверенности, а результата не дал.

Профессор НМИЦ онкологии: Лучевая терапия балансирует между добром и злом, но альтернативы нет

В комплексной терапии онкологических заболеваний используются 4 метода лечения: хирургия, химиотерапия, лучевая терапия, иммунотерапия. Сейчас самое большое финансирование и все внимание брошены на лекарственную терапию. Но со следующего года грядут изменения и в лучевой. А это для Петербурга – самое больное место.

Как говорит профессор Сергей Новиков, заведующий отделением лучевой терапии НМИЦ онкологии им Петрова, за последнее десятилетие лучевая терапия сделала большой рывок и ее стремительное развитие не останавливается. Появились новые аппараты, новые технологии, а с ними — новая идеология лучевой терапии.

— Сергей Николаевич, правда ли, что новые технологии в лучевой терапии когда-то заменят хирургию?

— Во многих случаях это уже происходит. Например, только что мы составляли план лечения пациента с ранним немелкоклеточным раком легкого. У него нет изменений в лимфоузлах, нет метастазирования. Но его невозможно прооперировать из-за сопутствующих заболеваний (перенес инфаркт, инсульт), так что операция угрожает жизни. В этой фактически патовой ситуации лучевая терапия позволяет провести радикальное лечение — мы можем подвести чрезвычайно высокую дозу излучения на очень маленький объем тканей. И это приведет не к продлению жизни, а именно к излечению. Опухоли объемом 1-5 см мы можем облучить, избежав при этом серьезного повреждения окружающих тканей. Это называется стереотаксическая лучевая терапия или радиохирургия.

— Вы имеете в виду лечение с помощью гамма-ножа и кибер-ножа?

— Эти технологии тоже относятся к стереотаксической лучевой терапии — гамма-нож применяют для лечения новообразований на головном мозге, а кибер-нож — для направленного радиотерапевтического воздействия на экстракраниальные опухоли (расположенные вне головного мозга). Но сейчас активно развиваются технологии радиохирургии и стереотаксической лучевой терапии на линейных ускорителях. Их преимущество в том, что это универсальные приборы: на одном аппарате может выполняться — стерео-, радио- или классическая лучевая терапия с избирательным воздействием на опухоль (обычная или 3D-конформная). У нас уже три таких аппарата, каждый из них имеет свои преимущества, а в целом умеют все.

— Для лечения какого вида рака они предназначаются, что умеют?

— Легче перечислить, что не умеют — не умеют облучать очень много очагов в головном мозге одномоментно, в отличие от гамма ножа. Но такая ситуация — редкость, а главное, пока нет доказательств целесообразности такой агрессивной терапии, она не продлевает жизнь.

С другой стороны, эти аппараты могут делать все в области высокотехнологичного облучения, когда требуется радиохирургия: используются в комплексном лечении новообразований в головном мозге, локализованных процессах в легких (немелкоклеточный рак), метастатических поражений легких, печени, надпочечников, костей, мягких тканей и т. д. Благодаря высокой точности направления воздействия, они незаменимы в лечении злокачественных новообразований головы и шеи. Например, опухоль языка — очень тяжелая патология, лечить ее хирургически или невозможно, или очень сложно. После операции пациента берем мы. Активно используем методы брахитерапии и стереотаксической лучевой терапии при раке предстательной железы.

Онкологи сегодня говорят, что иммунотерапия перевернула наше сознание в лечении некоторых видов рака. Но забывают упомянуть, что сочетание иммунотерапии с некоторыми видами лучевой терапии увеличивает эффективность практически в два раза. Поэтому трудно встретить протоколы лечения, в которых рекомендована иммунотерапия без лучевой терапии.

Читайте также: Бюджет Терфонда ОМС-2020: На лекарства для онкологических пациентов — 11 млрд рублей

— Но ведь считается, что при раке предстательной железы «золотой стандарт» — брахитерапия.

— Да, но для ослабленных и пожилых пациентов мы используем стереотаксис, потому что это неинвазивное — щадящее лечение. С моей точки зрения, пациенты с этим диагнозом должны получать прежде всего лучевую терапию, хотя на протяжении многих лет считалось, что главный способ лечения рака предстательной железы – хирургия. Но простатэктомия сопряжена с риском для жизни, с осложнениями — каждый пятый после хирургического вмешательства страдает недержанием мочи, у 70% перенесших операцию возникает нарушение эректильной функции. Эффективность хирургии, брахитерапии и стереотаксической лучевой терапии с точки зрения борьбы с опухолью одинаковая, в некоторых случаях лучевое лечение даже более результативно. Но недержание мочи после него – редкость, всего 1-2% случаев в сравнении с 20% после хирургического удаления предстательной железы и тут даже использование роботизированных хирургических методов не помогает улучшить результаты. Эректильная дисфункция, к сожалению, может возникнуть и после проведения лучевого лечения — у 30-40% пациентов мы отмечаем снижение эректильной функции. Но, к счастью, это существенно меньше 70-80% после хирургического лечения.

— Однако по-прежнему распространен миф о том, что лучевая терапия опасна, потому что может спровоцировать развитие лучевой болезни.

— Если под лучевой болезнью мы подразумеваем то, что происходит с организмом человека, оказавшегося в эпицентре взрыва ядерной бомбы, то даже в 1970 годы лучевая терапия ее не провоцировала. Другое дело, что когда использовали большие поля для облучения, это вызывало разного рода токсичность — развивались осложнения со стороны органов дыхательной или кроветворной системы, например. Я начал работать в 1980-е, и уже тогда были разработаны методы, которые позволяли избегать фатальной или очень серьезной токсичности. Хотя какие-то неприятности от лучевой терапии были, есть и будут. Например, если мы подводим очень высокие дозы в область опухоли предстательной железы, мы можем вызвать повреждения прямой кишки, если облучаем опухоль в легких, — повреждения легких, в мозге — здоровые ткани мозга. И иногда вынуждены рисковать, потому что понимаем: другой возможности спасти человека нет. Да, бывает, лучевая терапия балансирует между добром и злом, но зачастую альтернативы нет. Например, при метастазах в головном мозге — это пациенты, которым часто нейрохирурги уже помочь не могут, возможности химиотерапии, нередко, исчерпаны. А лучевая терапия у таких пациентов ассоциируется с 20-30% риском возникновения лучевого некроза. Но в оставшихся 70-80% случаев есть шанс, что мы поможем пациенту преодолеть на определенное время его проблемы.

— Стереотаксическая лучевая терапия – не самая распространенная технология в Петербурге, возможности для ее применения есть только у двух федеральных специализированных клиник и у одной негосударственной. Часто ли она востребована?

— Когда у нас только появился первый аппарат для стереотаксиса, мы пролечили всего 12 пациентов. Это была, можно сказать, эксклюзивная методика — все отделение собиралось смотреть. А в этом году стереотаксическую лучевую терапию получили уже 350 пациентов, то есть около 20% получивших лучевое лечение в НМИЦ онкологии им. Н.Н. Петрова.

— Парадокс: при том, что в Петербурге можно получить самые современные виды лучевой терапии, петербуржцев направляют на лучевое лечение в клиники, в которых их нет. Более того, на 2020 год из средств петербургского фонда ОМС выделяется 1 млрд рублей на 3D-конформную терапию, выполнять которую в городских специализированных клиниках, можно сказать, не на чем.

— Правильное лечение онкологического заболевания подразумевает использование лучевой терапии в 50-70% случаев. В пересчете на пациентов это много, учитывая, что, например, в прошлом году почти у 26 тысяч петербуржцев диагноз «рак» установлен впервые. Сегодня нижняя планка, по сути, базовый метод лучевого лечения, — 3D-конформная лучевая терапия — ниже мы не должны опускаться в соответствии с концепцией, принятой в нашей стране, а она — все ближе к той, по которой лечат рак в развитых странах. Ее повсеместное применение на 10-15% должно повысить выживаемость. 1 млрд на 3D-конформную терапию — серьезный шаг к тому, чтобы в Петербурге лечение онкологических пациентов вышло на новый уровень.

Читайте также: Что делается в Петербурге, чтобы люди реже умирали от рака

— Только кто и на каком оборудовании будет ее проводить? В городских медицинских учреждениях нет современных ускорителей. Да и старые регулярно выходят из строя.

— Мы сражаемся за то, чтобы петербуржцы могли получать современное эффективное лучевое лечение. Но НМИЦ им. Петрова не может принять всех, хотя пока мы никому не отказывали.

Что касается стереотаксической лучевой терапии, которая есть в единичных клиниках Петербурга, мы примерно на 30% увеличиваем объемы ежегодно. И готовы взять на себя столько пациентов, сколько нужно. Поскольку у нас стереотаксическая лучевая терапия проводится на тех же аппаратах, на которых проводится и классическая, чтобы освободить их от загрузки стандартной 3D-конформной лучевой терапией, мы приобрели еще один линейный ускоритель, на котором и будем ее выполнять.

— «Можем принять не всех» — это та самая проблема, из-за которой пациенты либо не получают эту помощь вообще, либо получают ее на аппаратах, которые нельзя отнести к современным.

— В Городском онкологическом центре в Песочном и в Городском онкологическом диспансере недостаточно современных линейных ускорителей, на которых можно проводить 3D-конформную лучевую терапию. И мне кажется, что на аппаратах, которые там есть, невозможно использовать сложные технологии, например, радиохирургическое лечение и стереотаксическую лучевую терапию. Поэтому важно, чтобы руководители городской онкологической службы наладили сотрудничество с федеральными учреждениями, частными клиниками, которые готовы и могут помочь петербуржцам.

Конечно, нужно обновлять парк оборудования. Потому что на аппаратах 2001-2005 года, которые морально устарели, а многие уже сняты с производства, можно выполнять паллиативную лучевую терапию, использовать простые методики облучения, но современные достижения радиационной онкологии на них недоступны.

У городских клиник есть рентген-терапия, которой, кстати, у нас нет, в онкодиспансере есть интраоперационный ускоритель, которого больше нет ни у кого в нашем городе.

Задача — дать пациентам возможность получать все существующие на сегодня виды лучевой терапии по показаниям: простую, когда ее достаточно, сложную, когда она необходима. Понимаете, если у мужчины выявили рак предстательной железы, и он попадает в учреждение, где нет аппаратов для проведения стереотаксической лучевой терапии, нет брахитерапии, то, на мой взгляд, он адекватной помощи в этих учреждениях получить не сможет. Потому что если будут подведены достаточно большие дозы на устаревших линейных ускорителях, серьезно вырастут осложнения, если дозы будут меньше, чем необходимы для борьбы с опухолью, то лечение не будет эффективным. Да, часть пациентов выздоровеет, но меньше, чем тот процент, который мог бы и должен был выздороветь. А пациенты, которым можно провести более простую лучевую терапию, должны лечиться там, где она есть, — нет смысла направлять их в НМИЦ онкологии.

То есть Петербургу нужна грамотная маршрутизация. Но это очень болезненный вопрос для городских властей. Тут все должны понимать, что его нужно решать, и мы к этому готовы.

— До сих пор федеральные клиники лечили, конечно, петербуржцев, но – по федеральным квотам. И объясняли это тем, что тарифы ОМС на лучевую терапию слишком малы. А количество квот всегда ограничено.

— Те тарифы, что действуют в системе ОМС сейчас, рассчитаны на ту простую лучевую терапию, что есть в городских клиниках. Мы работаем в рамках программы ВМП, потому что используем технологии, которых нет в городских медучреждениях. Программа ВМП рассчитана на то, что люди могут получить помощь там, где ее могут оказать. И ее финансирование было достаточным, чтобы применять в лечении сложные технологии: закупать дорогие расходники, заниматься техническим обслуживанием оборудования. Теперь, насколько я знаю, запланированные на 2020 год тарифы петербургского фонда ОМС эквивалентны тарифам, действующим в программе ВМП.

— На 1 миллиард рублей запланировано 4 тысячи курсов 3Д-конформной терапии. 4 тысячи пациентов ее получат – это много или мало?

— Немало, но 4 тысячи курсов это не 4 тысячи пациентов. Потому что некоторым приходится проводить их повторно. Например, прошла женщина курс терапии по поводу опухоли в молочной железе, но обнаружился метастаз в лимфоузле или в другом месте, его тоже нужно облучать. Я думаю, что это 3-3,5 тысячи пациентов.

Для сравнения: в НМИЦ онкологии в год лучевую терапию получают 2 тысячи пациентов. Приблизительно столько же — РНЦРХТ им. Гранова. Эту помощь могут оказывать в частных клиниках МИБС и есть один современный ускоритель и аппараты для брахитерапии в ПСПбГМУ им. Павлова. То есть в городе можно выполнять лучевую терапию любой сложности. Важно, чтобы средства были потрачены на ее эффективные методы.

— Люди по-прежнему едут за рубеж, чтобы получить лечение радиоактивным йодом. Почему в России оно до сих пор дефицитное, а в Петербурге его и вовсе нет?

— Это не сложная технология, но для ее применения у нас действуют очень строгие требования, вплоть до строительства специальных очистных сооружений. Чтобы выполнить все, что нужно по нормативам, надо выиграть большое сражение, но сначала вложить в его подготовку огромные деньги. Сейчас предпринимаются усилия, чтобы сделать наше законодательство более демократичным — смягчить требования для применения этой технологии. А мы уже фактически готовы к тому, чтобы использовать ее, даже обсуждаем возможность открытия коек для пациентов, нуждающихся в терапии радиоактивными источниками. Эта терапия — это огромная перспектива на будущее.

Сегодня это, в первую очередь, радиойодотерапия или паллиативная терапия при метастазах в кости — она позволяет сделать комфортной жизнь человека, страдающего от болевого синдрома. Это то, к чему мы уже сегодня готовы. Но есть еще много методик использования радиоактивных источников. Например, лечение препаратами, мечеными лютецием, — это широкий круг препаратов, которые избирательно накапливаются в опухоли и уничтожают ее. То есть это один из вариантов целенаправленной терапии.

— Сегодняшняя онкология построена на как можно большей целенаправленности. Часто пациенты слышат от химиотерапевтов о таргетной терапии, которая «бьет точно в цель», вы говорите о стереотаксисе… Действительно ли мы можем воздействовать на опухоль точечно, абсолютно не повреждая окружающие ткани?

— Магической пули, которая бьет только в цель пока нет. И при таргетной терапии избирательность условная, и при стереотаксическом — какая-то доза облучения все же приходится на здоровые ткани и они могут пострадать. Но все же воздействие современных лучей и химиотерапии, действительно, выигрывает в эффективности и точности направленного действия.

— Что нужно сделать, чтобы в лучевой терапии новые технологии появлялись не только в федеральных клиниках? Закупать новые аппараты?

— Я счастлив, что лучевая терапия в нашей стране начала осознано развиваться. Но это огромная машина, она не сдвинется с места мгновенно. Чтобы ее раскрутить, нужно потратить много сил и времени, грамотно использовать финансовые вложения.

То есть миллиарды сначала должны вкладываться не в оборудование, а в людей. Их нужно учить, в том числе за границей, нужно обеспечить их достойным заработком. А когда будут люди, способные работать на современном оборудовании, тогда и нужно его покупать.

— Сколько всего аппаратов для лучевой терапии работают у вас?

— Четыре ускорителя — от самого простого до самого сложного, и еще два аппарата – для брахитерапии. Плюс много компьютерных планирующих систем, задача которых сделать лучевую терапию максимально точной.